Воистину народный

Шура Балаганов, оставшийся ребенком, столь же непосредственен, сколь и глуп, вихраст, прост, а эмоции – брызжут и брызгают.

Точность рисунка роли, создаваемого Л. Куравлевым, великолепна; и насыщение оного рисунка плотью жизни покоряло поколения.

Вот уж – воистину народный, никакие звания не требуются.

Из простой семьи, но мать, осужденная по доносу, оказывается в заключении; Куравлева растит сестра матери: когда последняя оказывается на поселении, он едет к ней, к маме, и до 15-летнего возраста живет в заштатном поселке Мурманской области.

В Москву возвращаются в 1951-м.

То есть трудную, низовую, бедную до предела бедности жизнь знает наизусть – может, это и помогает впоследствии создавать народные образы, такие шукшиновские типажи, будто в фильм можно войти или герой сейчас вышагнет из оного, растворится в среде людской.

ВГИК выбирает… отчасти из-за отсутствия точных наук.

Не поступает сначала, работает в московской артели, выпускающей стеклянные новогодние игрушки.

Но со второго раза поступает во ВГИК.

Студентом дебютирует: в том числе у Шукшина, в фильме «Из Лебяжьего сообщают».

Дипломная работа Шукшина, и заикающийся механик Сеня Громов, которого играет Куравлев, разыскивая дефицитные коленные валы, так легко вписывается в образ, что будущее актера просматривается четко.

«Живет такой парень», известнейший фильм Шукшина, в образ Пашки Куравлеву и вживаться особенно не пришлось: сам такой.

Окраины Москвы, рабочий люд и хулиганье, все пропитано бедностью, все это он знал – своею судьбой.

Шофер, гоняющий машину по Чуйскому тракту, разных людей встречает Пашка – мечтательный, полный жизнелюбия, не ведающий, что придется совершить подвиг, спасти людей, да и к поступку своему, сделавшему его героем, как к подвигу не относящийся.

Жорж Милославский из фильма «Иван Васильевич меняет профессию» иного плана – бурлеск и гротеск соединяются, абсурдно комедийно представление, сделанное Гайдаем по пьесе Булгакова, поражает многообразием ходов, пестротой действа, сменой планов…

Куравлев великолепен: разнообразие таланта выявлено крупно и неоспоримо.

Или Айсман: из народного многосерийника «Семнадцать мгновений весны», упорно верящий в дружеские отношения внутри аппарата, где все давно строится на интриге.

Краски актерства Куравлева столь естественны, что палитра его кажется бесконечной.

Гротеск дается столь же легко, как персонажи из народа: зощенковско-гайдаевский гротеск «Не может быть!», где Куравлев играет незадачливого жениха, не могущего узнать невесту, забавен: комедия положений переходит в трагикомическую буффонаду.

Метель завывает.

Вытаскивают жениха наружу: охладиться.

Список фильмов, где снялся Куравлев, представляется бесконечным: и эпизод, и главную роль делал в равной мере виртуозно: народный, подлинно народный, в званиях не нуждающийся артист.

  Александр БАЛТИН