Мог ли ГКЧП победить?

Уроки

Ровно 35 лет назад группа высших государственных чиновников СССР предприняла робкую, беззубую, непоследовательную, и поэтому последнюю попытку спасти нашу страну, Советский Союз.

Это был апофеоз, заключительный аккорд трагедии под названием «перестройка», пришедшей на нашу землю в 1985 году.

«Перестройка» была удивительным временем, когда государство с огромным промышленным, человеческим, научным и военным потенциалом, со стабильным экономическим и демографическим ростом, контролировавшее половину мира, занимавшее по всем позициям первое-второе место в мире, выдержавшее за свою, увы, короткую, 70-летнюю историю величайшие испытания в истории человечества, вдруг начало демонтировать себя по причинам, которые сейчас кажутся нелепыми до смехотворности. Да-да! Вспомните, что тогда предъявляли «перестройщики» нашей стране в качестве претензий – это была причудливая смесь инфантильной глупости, крайней степени низкопоклонства перед Западом и, как сейчас бы сказали, откровенной русофобии. Перечитывать сейчас подобного рода тексты было бы смешно, если бы всё это не обернулось колоссальной трагедией как для нас, так и для всего мира – и эта трагедия еще далеко не завершена, напротив, она только набирает обороты!

Наше государство тогда напоминало китов, которые выбрасываются на берег – по некоторым данным, они делают это, когда их мозг поражен паразитическими организмами и теряет способность к ориентации в пространстве.

Чтобы охарактеризовать положение в нашей стране накануне «перестройки», я приведу лишь одну цитату, причем из далеко не дружественного нам ресурса – «Википедии»*: «В 70–80-х гг. СССР находился на первом месте в мире по производству почти всех видов продукции базовых отраслей промышленности». Но даже в 1989 году все экономические показатели в нашей стране были, как у динамично развивающегося государства. Как я уже говорил, паразитические организмы поселились в голове. Например, помните, нам внушали, что мы ничего не умеем делать? Это мы-то, наша страна, которая вместе с партнерами по СЭВ производила и, как правило, хорошо и отлично, всю номенклатуру товаров, которые только были необходимы в мире.

Разумеется, как и всякая болезнь, «перестройка» имела инкубационный период, собственно развитие заболевания, острую фазу и кризис. Шесть лет нашу страну, не имевшую на начало «перестроечной» трагедии ни одной – подчеркну, ни одной! – серьезной проблемы, раскачивали, как Чернобыльский атомный реактор, из которого вытащили графитовые замедлители, шесть долгих лет нагнетали в мозги народа ненависть к собственной стране, к нашей истории, идеологии, победам, к самому образу жизни. Не было ни одной стороны жизни, которую тогда бы не обгадили «перестроечные» СМИ. А в экономике проводились безумные (или, напротив, очень разумные, если цель – разрушение) экономические реформы, которые внедряли в экономику совершенно чуждые элементы, рвали экономические связи, внедряли коррупцию и воровство под видом предпринимательства. Не удивительно, что к концу 80-х – началу 90-х годов экономика, на начало «перестройки» очень крепкая и прочная, начала проявлять явные признаки разбалансированности.

Не лучше была ситуация и в госуправлении. «Перестройщики» под видом «реформ» начали со стравливания народов и поощрения всех видов сепаратизма. Увы, как говорит известная поговорка, хороших людей больше, но плохие заметнее. Я абсолютно уверен, что даже и в 1991 году большинство граждан СССР как были воспитаны в духе дружбы народов, так от этого и не отказались. Собственно, об этом свидетельствуют результаты референдума 17 марта 1991 года, который с тотальным разгромом выиграли сторонники сохранения Советского Союза как единого государства. Тем не менее сепаратистам фактически во всех республиках была дана «зеленая улица». Лично я думаю, что движение по этой «улице» явно сопровождалось щедрым финансированием. В результате в республиках заполыхали давным-давно забытые межнациональных конфликты, а во власти, как грибы после дождя, стали появляться органы, не предусмотренные Конституцией СССР и Советским законодательством. Причем высшее руководство, прежде всего Горбачев, нисколько не препятствовало даже самым кровавым проявлениям национализма и никак не пресекало деятельность неконституционных органов управления.

Причем все эти процессы, как болезни в живом организме, взаимно отягощали друг друга – сепаратисты, разного рода антисоветчики, новоявленные «предприниматели» быстро осознали общность интересов, а также совместную цель – получить власть и собственность, чтобы достигнуть следующей цели – получить еще больше власти и собственности. И нельзя сказать, что люди в стране не понимали, что происходит. Я прекрасно помню, что все усилия «перестройщиков» привели к тому, что в народе все эти процессы именовали словом «бардак», а Горбачева, по моим личным ощущениям, к концу его правления просто терпеть не могли.

В фильме братьев Вачовски «Облачный атлас» есть эпизод, как судовой врач, на деле оказавшийся вором и мошенником, давал пациенту, богатому молодому адвокату, медленный яд под видом лекарства, чтобы имитировать болезнь, от которой он его, якобы, лечил. Естественно, такое «лечение» должно было кончиться смертью пациента, после чего убийца планировал завладеть его сундуком с деньгами. В фильме на помощь главному герою пришел его друг. В жизни Советскому Союзу, который помогал очень многим, прийти на помощь было некому. И не потому, что никто не хотел нам помочь. Как раз наоборот! Все наши друзья в мире, от Фиделя Кастро до Эрика Хонеккера, ясно понимали, что за процессы начались в нашей стране, и били в набат для ее спасения. Но увы, это трагедия сильных – когда они сильны, они помогают и защищают слабых, а когда они сами слабеют, некому защитить ни их, ни их друзей от более сильных соперников.

Поэтому помочь себе мы могли только сами. Именно эту попытку предпринял ГКЧП. На мой взгляд, руководство страны было просто обязано предпринять усилия по защите народа и Конституции, защите территориальной целостности. Тем более что, как ни странно, ничего сверхординарного для этого не требовалось, ничего и близко сопоставимого с теми испытаниями, которые ранее уже выпадали на долю нашего народа и из которых наша страна выходила с честью.

Собственно, и члены ГКЧП это понимали и изложили мотивы своих действий в «Обращении ГКЧП к Советскому народу». Не поленитесь, найдите этот документ в интернете…

В силу ограниченности газетной площади я не могу привести «Обращение…» целиком, но вот начальная цитата: «Соотечественники! Граждане Советского Союза! В тяжкий, критический для судеб Отечества и наших народов час обращаемся мы к вам! Над нашей великой Родиной нависла смертельная опасность! Начатая по инициативе М.С. Горбачёва политика реформ, задуманная как средство обеспечения динамичного развития страны и демократизации общественной жизни, в силу ряда причин зашла в тупик. На смену первоначальному энтузиазму и надеждам пришли безверие, апатия и отчаяние. Власть на всех уровнях потеряла доверие населения. Политиканство вытеснило из общественной жизни заботу о судьбе Отечества и гражданина. Насаждается злобное глумление над всеми институтами государства. Страна по существу стала неуправляемой…»

Еще раз говорю – почитайте это Обращение целиком, вы не пожалеете потраченного времени и увидите, насколько правильно оно написано.

Всего-то и оставалось – действовать! К августу 1991 года, по моим ощущениям, люди в абсолютном большинстве своем, а уж тем более армия, ненавидели «перестройщиков» и поддержали бы все решительные действия по, как тогда говорили, «наведению порядка». Не требовалось никакого кровопролития, не требовалось даже китайской решимости, когда на площади Тяньаньмэнь было пресечено выступление американской агентуры, что обеспечило стране стабильное и спокойное развитие, уверенно выводящее Китай на первое место в мире.

Но члены ГКЧП, в основном люди пожилого возраста, многие прошедшие войну, были просто не готовы к такому противостоянию, и те из них, кто играл в ГКЧП первые роли, видимо, не понимали, с чем они имеют дело, не чувствовали за собой достаточной правоты, не понимая, что против них не «народ», а мобилизованная пятая колонна наших противников. Вероятно, они не могли себе представить, что враг может быть не только в военной форме с оружием в руках, но и в виде внешне вполне приятных (если не заглядывать в глаза), издалека даже милых молодых людей и девушек, иногда даже с цветами в руках, которые, как мы потом видели много раз, становились ударной силой «оранжевых» переворотов. «Ведь это же наша молодежь!» – наверняка думали они, не понимая, что происходит зомби-апокалипсис. Посмотрите, в интернете достаточно таких кадров, как такие же вроде бы, обычные и даже приятные девушки разливали по бутылкам горючую смесь в Одессе 2 мая 2024 года.

Впрочем, тогда, в августе 1991 года, «оранжевые» технологии еще были в новинку и, фактически, наша страна стала полигоном для их первой массовой и, увы, успешной обкатки. Это сейчас и мы с вами, и политики многих стран уже обрели опыт борьбы с ними, что оказалось совсем не сложным – просто не сдаваться, и всё. И мне сейчас трудно представить политика высшего и среднего звена в нашей, да и не только нашей стране, который в таких случаях не понимал бы, что происходит и как надо действовать. Да что там политики! Думаю, и мы с вами, дорогие читатели, это понимаем.

Говорить о том, что «оранжевые» события 1991–1993 годов принесли стране хоть что-то положительное, на мой взгляд, просто не приходится. Пройдя семь кругов рыночного ада, мы пришли к тому же противостоянию с Западом, только теперь в гораздо худшей позиции – нет трети страны, нет половины промышленного и научного потенциала, а оставшийся во многом зависит от Запада.

Главное, что сейчас мне ясно – страну, большую, единую, историческую Россию-СССР можно и нужно было сохранить. Как оказалось, все эти пресловутые «рыночные реформы» и «полные полки магазинов» (мы сейчас понимаем, что это совсем не всеобщая сытость, это просто баланс между спросом и предложением – в Нигерии, где четверть населения голодает, полки магазинов так же полны, как в Москве) можно было устроить без всяких проблем, без особых усилий и уж точно без разрушения государства на 15 осколков, «суверенитет» которых сейчас нас заставляет уважать Запад, стравливая между собой братские народы. Более того, многое из этого уже тогда существовало в полный рост – и рыночные реформы, и частное предпринимательство, и свободный выезд из страны, и относительно свободные выборы, и свобода творчества – даже недавно ушедший от нас Оззи Осборн уже в 1989 году собрал полный стадион «Лужники» на Московском международном фестивале мира – ваш покорный слуга там был и может засвидетельствовать, что атмосфера была самая свободная. В общем, то, что мы сейчас без иронии назвали бы «демократическими реформами», к августу 1991 года зашло очень далеко и нуждалось не в форсировании, а скорее, наоборот, в торможении.

Нам сейчас часто говорят: «История не знает сослагательного наклонения!» Как будто это оправдывает ошибки и преступления. Сейчас в массовой культуре часто встречается сюжет с параллельными линиями времени. В одной временной линии, например, СССР был разрушен, а в другой он жив и реализовал свой потенциал – ведь мало кто будет спорить, что СССР был убит именно на своей высшей стадии, когда были решены практически все серьезные, подчеркиваю, именно серьезные, ключевые проблемы существования государства – я имею в виду безопасность, строительство своей промышленности, устойчивое и ведущее положение в мире, экономический, политический и военный блок союзников, и настала пора и о людях подумать. То есть мы имели все возможности качественно повысить уровень жизни, и явно не только мы это понимали. У наших соперников было очень узкое историческое время, чтобы нанести удар, и они его нанесли. Этот удар назывался «перестройка», которая потом перешла в тот самый «майдан», который позже был реализован на той же Украине – с тем же разрушением памятников, с теми же лозунгами, и даже люди в основном были те же.

Поэтому, как показал печальный опыт нашего Советского Союза, государство должно, просто перед народом обязано себя защищать. И я согласен с теми, кто говорит, что нет ни единого, ровным счетом ни единого момента, который бы оправдывал нерешительность ГКЧП. Ничего, ровным счетом ничего не получил народ от победы проамериканских сил, открыто в 1991 году захвативших рычаги управления. Они шли к этому пять «перестроечных» лет, унижая и высмеивая все, что нам было дорого и свято. Помимо «Огонька» и «Взгляда», были и многочисленные другие СМИ тех лет, многие из них были вроде бы как государственные, рок-группы, так называемый «русский рок», в котором не было ничего русского (да и рока тоже, справедливости ради), поищите, почитайте, посмотрите – вы ужаснетесь уже тогдашнему накалу не только антисоветизма, но и русофобии. И все это было при попустительстве, а часто при прямом содействии Горбачева и Яковлева, главных «перестройщиков». Многое из того, что открыто говорилось в центральных СМИ в конце «перестройки», к счастью, даже представить невозможно сейчас.

А в те же годы вот такой разгул антигосударственной пропаганды под видом «исторической правды» и «свободы слова», как я уже говорил, сопровождался откровенно вредительскими «экспериментами» в экономике, когда к огромным советским предприятиям, как паразиты, присасывались «малые предприятия», обналичивавшие деньги, которые применялись огромными заводами для взаиморасчетов и не предназначались для обналичивания, продавали основные фонды и вообще все, что можно было продать. Создавался искусственный дефицит, склады ломились от товаров, которые лежали и не шли в торговую сеть или просто продавались тем же «малым бизнесом» за рубеж по бросовым ценам, но достаточным, чтобы набить чьи-то личные карманы. Я помню, как санитарных врачей заставляли тоннами списывать продукты в связи с наличием веществ, на которые сейчас даже не проверяют!

А потом нам рассказывали, что Советский Союз «разрушился». Если в человека попадет пуля, то он тоже «разрушится». Но явно не от кризиса в его организме. Я уже сравнивал «перестройку», завершением которой стали августовские события 1991 года, с чернобыльским реактором. Но можно сравнить ее еще и с опасным, но еще не смертельным вирусом, который поразил организм. Организм еще движется, пытается вылечиться, а в нем идет настойчивая сосредоточенная работа вируса, результатом которой станет смерть или, как опять же любят фантасты, перерождение в совершенно другое существо. Да, не было тогда у нас должного иммунитета. Почему – это тема для другого разговора. Может быть, потому, что Добру в мире вообще труднее существовать, чем злу, добро почти всегда хуже организовано и вообще более сложно устроено. А зло построено по совсем простым принципам – как тот же вирус, сорняки-борщевики и всякие вредные организмы, которые заставляют выбрасываться китов на берег.

Мог ли ГКЧП победить? Без сомнения, да. Надо было просто проявить решительность. Еще раз подчеркну – никаких объективных причин для его поражения не было, только человеческий фактор. Мировая система социализма тогда обрушилась именно вслед за нами. К счастью, не до конца, а сейчас и вовсе во многом восстановилась – но уже без нас. Те, кто вовремя понял, что происходит, не сдались, и очевидно, что сдаваться не собираются – Китай, Вьетнам, КНДР и другие прошли самый трудный период, преодолели все точки бифуркации, отлично приспособились к сегодняшним условиям, живут, развиваются и изучают наш опыт – а теперь, еще по иронии истории, снова являются нашими союзниками. И отдельно хочу сказать про Кубу, которая показывает пример выживания перед лицом испытаний, которые, уверен, не вынесло бы ни одно из капиталистических государств на Земле.

Время, на мой взгляд, показало – все установки и декларации ГКЧП были полностью правильными. Пусть и не хватило ГКЧП чувства собственной правоты. Пусть не всё делали правильно. Пусть потеряли темп и упустили возможность превратить нашу страну в новый нынешний Китай, только с гораздо более мощными стартовыми возможностями.

Но все равно я скажу членам ГКЧП спасибо хотя бы за то, что они попытались. Думаю, если бы они знали, через что придется пройти нашей стране и миру, они бы действовали гораздо решительнее. А пока перед нашей страной и всем миром стоит простая и в то же время очень сложная задача – выжить. И у меня далеко нет уверенности, что без СССР эта задача будет решена.

Дмитрий АГРАНОВСКИЙ

г. Электросталь, Московская обл.

 * Иностранный владелец ресурса нарушает законодательство РФ.